--- Alexey Zyryanoff

«Какого шэхра это премировали?!» (Елена Бычкова, Наталья Турчанинова. «Рубин Карашэхра»)

Только в этом году я приступил к чтению романа этого очаровательного дуэта. Сначала познал их громоздкого и неправдоподобного «Мастера снов» через аудиокнигу, а теперь своими глазами ознакомился с первой книгой из их почему-то победоносной трилогии.

Этот роман взял две, казалось бы, серьёзные премии в фантастике в 2004 («Серебряный Кадуцей» и «Кинжал без Имени»), а значит, предполагает некий уровень или же планку качества для жанра фэнтези. Первые страницы могут быть провисающими по качеству у любого автора, но здесь ситуация являет собой вообще ровную площадку однотипного авторского замысла со слабой проработкой традиционного сосуществования ангелов и бесов.

И с первых же глав терзался вопросами: «Это что, прорисовка мира двух противоборствующих высших сил?! И за этот роман мужское жюри фестиваля «Звёздный Мост» в 2004 году отдало пару главных премий?».

И в тех же нулевых, я помню, шли мнения о том, что нынешняя (то есть тамошняя по времени) отечественная фантастика идёт куда выше по качеству, чем американская и уж тем более европейская. Это же касалось и фэнтези.

Отойдём от внешнего антуража книги к внутренней обстановке сюжета, с ходу проникая в текст романа. Итак, в мире демонов есть упоминание о каком-то Уставе, в котором распределены обязанности у этих бестий. Но отчего-то младший бес здесь смеет раздавать рекомендации Хозяину даже в будничном вопросе обретения земного облика. А в иной ситуации жена демона-Хозяина обыденно и лишь только физически отталкивает того же «младшего офицера», который подглядывает через специальное магическое зеркало за своим Хозяином. Читаешь и изумляешься, не понимая: это мир коварной чёрной силы или провинциальный двор военной части, где в казарме живут, как им там вздумается, начальник и его жена? В прислугах у этой демонической четы «салаги», неправдоподобно изображающие страх и трепет пред Хозяином, который по ходу действия встречается, а затем и вежливо стелется перед каким-то ангелочком. Единственное, что попытались авторы сотворить ужасное на вид, - это огненно рыжая шерсть на всём теле демона-Хозяина, но при всех описаниях его поступков и манер не проглядывается абсолютно никакой дьявольщины. Где здесь мир нечисти?! Это всё подходит под описание неблагополучной семьи, где пьяный батя в одно время то добренький, то злой, а сожители его всё терпят, ведь он для них родное существо. Но если бы так описывался мир людей... но авторы-женщины заполонили текст слащавой ватой, где персонажи скрыты под личиной из раздутых слов - «ангелы» и «демоны».

Вот выдержка из первых глав романа, где демонический Хозяин нам представлен вместе с окружением:

«...– Простите, Хозяин, но я не могу.

– Что?! – Буллфер поднялся и навалился кулаками на стол, нависая надо мной. – Что

ты сказал?!

Я проглотил комок страха, застрявший в горле, и повторил:

– Я не могу ехать с ним...»

И дальше:

«Буллфер погасил красный огонь в глазах и тяжело опустился в своё кресло.

– Ладно. Пошёл вон! И чтобы я тебя больше не видел.

– Хозяин! Все что угодно сделаю, только…

Наверное, нужно было бухнуться перед ним, а ещё лучше перед ангелом, на колени, но проклятая гордость не позволила. Буллфер снова вскочил, грохнул кулаком по столу и проревел:

– Вон отсюда!

Опомнился я только на верхнем этаже, с дрожащими коленями и звенящей головой, в

которой кружилась одна-единственная мысль: «Вот я и в отпуске!»...»

Кто-нибудь здесь страшных демонов заметил? Мне кажется, что бабушка-уборщица в больнице или школе, требующая возвысить ноги, чтоб под скамьёй промыть, способна напугать не только своим обличаем серым, но и беспрекословным голосом, повелевающим чужими душами и телом. А вот расхлябанность из мира женского романа льётся полноводным руслом.

Демоническая братия чувствует смущённость от банальных комплиментов, а их источник - главный демон - считает нужным что-то разъяснять для пришлых ангелочков. Если бы не ведал я, какого пола авторы романа, то от прочтения первых десяти страниц узнал бы в них простых любительниц котов-собачек, ангелочков и мыльных сериалов.

Ещё воспоминания по тексту. Бесовский прислуга Гэл посчитал приятным аромат фиалок. Батюшки и ути-пути: какой он нежный демон. И это всё при том, что и роман-то не пародия на ангелов и бесов. Это фэнтези серьёзным показалось авторам романа, ведь не усомнишься в этом после иллюстраций и обложки да с аннотацией для взрослых. Многие детишки от отцов нетрезвых несправедливо получали; в подворотне все мальчишки огребали от районных гопников, а тут - лепестки фиалок и подсматривающие за демоном-Хозяином прислуги-бесы. Какой умильный сериал.

Или вот в начале из второй главы бес Гэл подумал:

«Я сложил свой сундучок, сел на кровать и загрустил...»

И это бес, друзья, а не говорящий котик. Припоминаешь название романа, читаешь про сундучки и грусть у беса, и стремишься заглянуть в начало книги и проверить там наличие ограничений - «детям до 12 лет». Но вернувшись на то же место, совсем уж рядом обнаруживаешь присутствие таких предложений: «Демон захлопал на меня удивлёнными глазами и протиснулся в дверь целиком» / «...обвёл присутствующих тяжёлым горящим взглядом». Корявые штампы про глаза и про попадание в дверь целиком. И это в переизданном тираже. Современные издательства в своём репертуаре: вычитка текстов вообще не входит в перечень необходимых действий, главное - перелицевать книжонку и выпустить дополнительный тираж.

Вернёмся к сюжету книги. Вот беседа двух бесов:

«...– Ты чего? – спросил он почему-то шёпотом.

– Да ничего. Просто не хочется сегодня играть.

– Тогда пойдём поедим»

Да, женское фэнтези ни чем не отличается от будней московских тёлочек: просто лёгким нажатием наманикюренных пальчиков «чика» заменяется на слово «бес». Я не против пародий на мистицизм, а даже получаю удовольствие от чтения всего такого, но когда претендуют на серьёзность с исполнением ниже уровня взрослой литературы - это вызывает отторжение. Детское фэнтези всегда идёт под своей рубрикой. Даже многомиллионные гонорары Джоан Роулинг не позволяет ей залезать в нишу взрослой литературы со своими поделками. А роман двух отечественных авторов не идёт выше уровня сказок про волшебство. Главная аудитория романа «Рубин Карашэхра» - любители Гарри Потера. Данной аудитории плевать на плохо видящего волшебника, который не способен наколдовать себе линзы или отличное зрение, но умеет бороться, благодаря магии, с великими злодеями. Детская максималистская наивность: ребятня думает, что она всегда сильнее своих учителей. Такое же несоответствие и по сюжету отечественной сказки «Рубин Карашэхра», где мелкие бесы, как в романе Достоевского, решили сменить верховное руководство. И эта попытка сделать отсылку к роману Достоевского со стороны двух авторов фэнтези возмущает своим заурядным исполнением. Бесы просто собрались на площади мелкой кучкой, подстёгиваемые героиней по имени Хул, а потом картинно снесли дверь в покои главного демона. А уж последний картинно тыкал в подчинённых пальчиком и интересовался, кто именно им недоволен лично и кто может посоревноваться в силе власти. А пристыженные бесы лишь потупились назад и виновато отвернулись. Ни тебе интриг, ни тайных союзов. Удивляет, что такая литература выходит в твёрдом переплёте. Даже серии романов про туповатого галактического героя по имени Билл, описанного Гарри Гаррисоном в своих книгах, выходивших под мягкими обложками, были образцом идей высокого порядка под личиной искромётной сатиры. У отечественных же авторов формирование сатирического в своих романах просто смехотворно буксует в мелкой луже быта. Итог «восстания»: «Ответом был оглушительный топот, бунтовщиков как ветром сдуло». В одном предложении и топот, и сдувание ветром. Представьте жертву смерча. Не правда ли смешно тут говорить про оглушительные топоты при этом?

А вот главный демон рассуждает о некоем Вильгельме Завоевателе в одном абзаце:

«Нрава он был крутого, характера подлого и несговорчивого. Обитал в своём родовом имении, которое в один прекрасный день показалось ему недостаточно большим. Тогда он собрал армию таких же «обиженных» и двинул с нею по всему побережью, отхватил громадный кусок территории, поделил его между своими соратниками». И подлый он, и несговорчивый он, а легко собирает на общее дело, чтобы потом поделиться по-совести. Написали два взрослых автора, а ощущение, что один студент филфака, который постоянно допускает противоречия.

А вот ещё из мира хаоса:

«Он собрал книги, лежащие на столе (здоровая получилась стопка), и вручил их мне.

- Отнеси в библиотеку. И, будь добр, не суй, как попало. Если опять увижу, что книги

перепутаны, заставлю одного все стеллажи перебирать»

Надо же, Высший демон заботится о порядке на библиотечных полках, позабыв о сотворении хаоса и затуманивании разума. Ну, конечно же, - это ведь девичий взгляд на мир добра и зла. Но огорчает, что роман всецело не входил изначально в юмористическую серию и в дальнейшем переиздан в с строгом формате мифической фэнтези, где обложки отнюдь не настраивали на ироничный лад. Я абсолютно не против иронии над сатаной и богом, а даже приветствую такой подход во благо восприятия, но не тогда, когда интерпретируют весь этот духовный дуализм совершенно нелогично в ущерб правдоподобности. Ведь показывая нам картонных ангелов и бесов, авторы идут по упрощённым представлениям о мире: всё должно милым быть, красивым, а агрессии - чуть-чуть, и только как проявление страсти или же во имя справедливости.

А теперь для затравки порционно выдам «мини-перлы» из сюжетных линий:

«Обычно между стеллажами с книгами бродили угрюмые адепты чёрной магии в поисках новых разрушительных заклинаний или забытых знаний, недоступных простым демонам»

Конечно, простым демонам же невдомёк, где взять читательский билет в такую библиотеку.

«...после недели занятий у меня началась нервная чесотка от обилия материала и зубрёжки, и проявилась аллергия на книжную пыль»

Девичий дуэт продолжает жечь напалмом. Теперь по их версии у бесов бывает аллергия на продукты разложения. И всё это представлено без доли иронии.

«А потом, когда я окончательно убедился в том, что умение мгновенно перемещаться, читать мысли и летать даётся только Высшим демонам, нервы мои тоже пришли в норму»

Почему только в романе не проявилось полноценно? Или у этих придуманных существ и память девичья... как у самих создателей романа? Даже в последующие объяснения Гэла самому себе, что: «Только те, кто похитрее, эти негосударственные мысли умеют скрывать. Вот так, как я» - нельзя поверить. Прислуга якобы умеет отвлекать от своих внутренних установок и подозрений личное внимание Высшего демона? Да вы что?! Детский лепет на писательской лужайке.

Помимо этого Высший демон в битве не может предугадать исход: «Мощным ударом когтистой лапы Хозяин отшвырнул бывшую подружку к стене, замахнулся ещё раз, но Хул вдруг сунула руку в свою мешковину, выхватила оттуда что-то продолговатое, светящееся красным, и, зажмурив глаза, направила на Буллфера. Сверкнула огненная вспышка, и одновременно с ней раздался жуткий рёв, полный боли». Как же так он пропустил такой удар? Об этом авторы не озаботились, они же гнали массу.

«Если Буллфер узнает, что я лазил в его «сейф», он меня точно убьёт»

Да, Высший демон имеет где-то сейф, за которым он плохо следит. Да, авторы великолепно выстраивают мир потусторонних сил. За такое явно нужно было две литературные премии давать.

«...- Что это? - прошептал ангелок почти с ужасом.

- Грязь, - ответил я гордо. - Отличная жирная грязь. Смотрите - красота! Хоть на хлеб мажь.

Ангелок поморщился едва заметно»

Серьёзно? Ангел поморщился от грязи? От смеси из песка с водой?

Я не буду приводить отрывок, где ангел помогает демону помыться. Это всё за гранью. Авторы погрязли в собственных огрехах. И критикам их не отмыть. Девчата ведь давно на пьедестале.

Зачем нам напрягаться, думали они: напишем тонны текста, а потом обычной функцией «замена» всех персонажей в демонов и ангелочков обратим. Мужское жюри российских премий просто из соблазна нам дадут по премии, ведь мы - девчата, а значит, и подарки любим; пусть эти мужики по своей слабости к прекрасным дамам отдадут нам главный приз.

Мужское лобби захотело облобызать двух женщин на вручении премии, как будто этих мужичков из числа жюри на фестивалях фантастики выпускают наружу только в дни литературных празднеств, а потом опять скрывают по чуланам, где они не видят женщин на протяжении полгода. Не мужика же обнимать на церемонии. Я понимаю и согласен: негоже нам тереться о щетины членистоногих яйценосцев, когда есть женщины - коллеги по перу.

Иль, может, главных премий надавать в тот год совсем уж стало некому из фэнтезийных авторов? Ребят, я многое напропускал за эти все года, но неужели всё так было плохо в нулевые в жанре фэнтези, что Ник Перумов пролетал над премиями, как ДСП над Воркутой? Ведь столько фэнтезийных сказок было от Белянина, а премию отдали побрякушке про ангелочков с бесами. Великий Клиффорд Саймок в гробу перевернулся, а Мартин Джордж, о слава небесам, живёт не с нами.